Вартерес Самургашев чувствовал себя как новичок СпортЭкспресс ..



Главным российским героем Будапешта в греко-римской борьбе стал, естественно, наш единственный чемпион мира Вартерес Самургашев.

- Эти соревнования, конечно, не сравнить с Олимпийскими играми, но я счастлив. Очень хотелось самому себе доказать, что я по-прежнему могу выигрывать, - сказал он. - Слишком сильным был удар, который я получил в Афинах. Все меня успокаивали тогда, говорили, что любая медаль на Играх почетна, но я-то вовсе не за бронзой в Грецию ехал. То третье место стало для меня самым обидным из всех неудач, которые были в моей карьере. Ведь после того, как я его занял, у меня куча сил осталась...

- Вы поняли, почему это произошло?

- Конечно. В Афинах я с первого дня думал только о финале. О том, что должен выиграть его во что бы то ни стало. То же самое было в полуфинале. Больше о золоте думал, чем о сопернике. А когда почувствовал, что схватка идет совсем не так, как я себе представлял, зажался, задергался. Но все равно никак не мог сосредоточиться. Одна-единственная мысль в голове крутилась: я не должен проиграть. И проиграл.

- Поэтому и решили продолжать бороться до Игр в Пекине?

- Поначалу не стал ничего загадывать. Надо было отдохнуть, подлечиться, все взвесить. Полгода в зал не приходил. А потом вдруг почувствовал, что соскучился по борьбе. Начал тренироваться. Для нашего вида спорта я еще молодой - бороться и бороться. Может, оно даже к лучшему, что проиграл в Афинах: иначе вполне могло сложиться так, что я ушел бы из борьбы, не стал бы сейчас чемпионом мира. А в итоге успел подготовиться к отбору, попал в команду. Ну а то, что происходило здесь, вы видели.

- Для вас этот титул был так важен?

- Я ведь всего во второй раз в жизни на чемпионате мира выступал. И во второй раз его выиграл. В 2000 году, если помните, боролся в другой категории - до 63 кг. Стал тогда первым на чемпионате Европы, выиграл Олимпиаду. А когда вернулся из Сиднея, перешел в более тяжелый вес. Причем не в следующий, а через одну категорию - до 74 кг.

- С чем это было связано?

- Слишком устал бороться с весом. Гонять-то приходилось по 7 - 8 килограммов - при том, что сам по себе я всегда худым был. Пришлось пропустить целиком весь следующий сезон. Качался, наращивал мышечную массу, привыкал к ней. Сейчас совсем по-другому на соревнованиях себя чувствую, что особенно важно с учетом новых правил, когда в один день бороться приходится.

- А почему вы решили пропустить предолимпийский сезон-2003 после того, как за год до этого выиграли чемпионат мира в Москве?

- Из тактических соображений. Подумали с тренером, что не нужно в преддверии Игр давать соперникам возможность как следует меня изучить. Тем более что в предыдущем сезоне они не успели это сделать.

- Так ведь и вы упускали шанс получше узнать тех, с кем придется бороться в Афинах.

- Это меня не пугало. В 2000 году ситуация была похожей. Я выиграл чемпионат России, чемпионат Европы, Турнир Поддубного. И хотя на Играх состав участников был куда более серьезным, а со многими из них я до приезда в Сидней ни разу не встречался, был готов к любому соперничеству.

- Вам тяжело было приспосабливаться к новым правилам?

- Конечно. Чувствовал себя порой, как новичок, который вынужден учить совершенно незнакомые приемы, защиту от этих приемов. Но выхода ведь не было. Хотя действительно непросто перестроить организм на непривычные действия. Тот же «обратный пояс». За весь чемпионат у меня этот прием хорошо получился один или два раза. В остальных случаях я просто старался перейти в накат. Плюс не всегда объяснимые действия судей. Видели, что получилось с Мишиным? Мало того, что он сам не понял, почему проиграл, так ведь и белорус не понял, почему выиграл. Приходится во время схватки постоянно думать о том, что и как может быть истолковано, просчитывать, какая в данный момент ситуация, сколько предупреждений получено. Когда я боролся в финале, то в конце второго периода был абсолютно уверен в том, что уже выиграл: провел прием последним и, значит, имел преимущество. А оказалось, что у меня было предупреждение, про которое я совсем забыл, и преимущество на самом деле было у соперника. Такие вещи сильно сбивают с настроя на схватку.

Физически сейчас стало проще - даже не успеваешь по-настоящему устать. Когда боролись три минуты без перерыва, было намного тяжелее. С другой стороны, увеличился риск получить травму.

- Вы про «обратный пояс»?

- Да. Летать с этого приема очень неприятно. Бросить меня так, чтобы заработать сразу 5 баллов, никому, правда, не удавалось, но честно могу признаться: за всю жизнь столько не летал, сколько в этом сезоне.

- Ваша мама по-прежнему ездит с вами на все соревнования?

- Только на крупные. И ей так спокойнее, и мне. У меня до сих пор проблемы с желудком. В результате ранения в живот, которое я получил в 17 лет, был сильно поврежден кишечник, пришлось делать несколько операций. После этого возникли проблемы с питанием. Особенно во время поездок в другие страны, когда меняются климат, вода. Поэтому мама постоянно возит с собой плитку, кастрюли, и пока идут соревнования, готовит еду в гостиничном номере.

- Что сейчас дает вам мотивацию бороться? Выиграны все титулы, можно не думать о том, чтобы заработать себе на жизнь...

- Мне просто интересно. Продолжать соревноваться, выигрывать. Двукратным олимпийским чемпионом ведь быть лучше, чем просто чемпионом. Поэтому пока есть ощущение, что я способен биться за победу, я буду выходить на ковер. Проигрывать я не боюсь. Но если почувствую, что проигрываю потому, что уже не в том состоянии, чтобы побеждать, уйду из спорта сразу.