Михаил Мамиашвили о концепции развития спорта в России Коммерсант ..

Третье место России в неофициальном олимпийском командном зачете, а также одиннадцать олимпийских медалей борцов, шесть из которых золотые, не стали для президента Федерации спортивной борьбы России (ФСБР) МИХАИЛА МАМИАШВИЛИ показателем нормального состояния ни российского спорта в целом, ни его вида в частности. В интервью корреспонденту "Ъ" ВАЛЕРИИ Ъ-МИРОНОВОЙ олимпийский чемпион 1988 года по греко-римской борьбе высказал мнение, что, несмотря на официальную многолетнюю поддержку первых лиц государства, наш спорт за последние годы существенно сдал свои позиции, объяснил почему и ответил на вопрос, что делать.
— Зачем вместо того, чтобы почивать на лаврах, вы сейчас готовите программу "спасения отечественного спорта"?

— Сиюминутные достижения российских олимпийцев — мыльный пузырь, не имеющий никакого отношения ни к здоровью нации, ни к общей концепции развития физкультуры и спорта в России. Не только председатель попечительского совета ФСБР Сулейман Керимов очень серьезными средствами участвовал в предолимпийский период в жизнедеятельности отечественного спорта. Однако в Пекине спортсмены многих патронируемых бизнесменами и политиками федераций, мягко говоря, не блистали. А поэтому сейчас боятся до дрожи в коленях, что те от них откажутся. В свое время в спорт, изнывавший от безысходности, пришли спонсоры и некоторые виды буквально приватизировали. Ставить это в вину спонсору? Ни в коем случае. Он скажет: "Ребята, вы никому не были нужны. А я, руководствуясь гражданской ли ответственностью, иными ли соображениями, пришел и деньги, которые заработал, дал. Но сейчас, не получив ожидаемого результата, ухожу".

— А ведь бизнесмены и политики возглавляют нынче уже почти 40 федераций. Процесс их исхода, по-вашему, неизбежен?

— Эта судьба, считаю, постигнет большинство видов. У нас функции государства взяли на себя частники. Пришло время не только осознать пагубность подобного положения вещей, но и предпринять уже, наконец, конкретные действия. Не может один человек даже с огромными деньгами взять на себя функцию государства, он может только помочь ему обслужить концепцию и структуру. Не у меня одного, но и у моих коллег-специалистов после бесед с министром спорта Виталием Мутко возникло ощущение, что он в высшей степени серьезно настроен на принципиальные решения и перемены. Значит, мы должны подать ему грамотную информацию. Для анализа ситуации в спортивной борьбе я пригласил, в частности, Владимира Бауэра — бывшего начальника управления резерва спорткомитета СССР. Он уже, кстати, сделал программы для легкой атлетики и для горных лыж. Меня страшно раздражают сентенции о якобы сиюминутном китайском чуде. Как будто китайцы во время Игр проснулись, и чудо произошло. Да они же кропотливо изо дня в день в течение нескольких десятков лет собирали по крупицам сведения, в первую очередь, о советской системе спортивной подготовки. А потом собранные знания, опыт, научные разработки помножили на железобетонное исполнение. Американцы семь лет назад выпустили книгу "Секреты подготовки советских спортсменов", в которой просто перевели на английский модельные характеристики, утвержденные у нас в 1988 году по всем видам спорта. Однако на вопрос, по китайской или американской системе мы будем развивать наш спорт дальше, наш видный спортивный чиновник недавно ответил, что, дескать, по китайской. А что такое китайская система? Для того чтобы ее реализовать, нам ничего не надо придумывать — все есть. Это наша система.

— У вас много единомышленников?

— Большинство федераций и комитетов на местах, где сконцентрированы профессионалы, четко понимают, что дальше так жить нельзя. Но у нас есть примеры, как жить можно. Чтобы понять концептуальный подход к спорту руководителя Мордовии Николая Меркушкина, надо туда просто приехать. Меркушкиных невозможно клонировать, но клонировать его методы работы необходимо. Регионы ждут концептуального подхода. Тем более что есть заинтересованность руководства страны в развитии физкультуры и спорта как средства оздоровления нации и беспрецедентное внимание к нашей отрасли. Другой вопрос, чем ее глава будет "надоедать" руководителям страны и правительства? Выбивать лишние 50 тысяч премиальных, это одно. Поднимать вопросы реанимации государственной системы спортивной подготовки, совершенно другое. Если этого не сделать сейчас, то российские спортивные организации по-прежнему будут перекладывать ответственность друг на друга.

— Система, о которой вы говорите, в свое время давала ведь хороший результат...

— Да, она действительно приносила реальные плоды. Сейчас же куда ни кинь — везде клин. Владимир Бауэр, как и я, удручен, в первую очередь, тем, что полностью разрушена единая система начальной подготовки и уничтожены школы высшего спортивного мастерства, входившие в систему министерства образования. Вместо них Росспорт выделил несколько десятков тысяч нищенских по существу тренерских ставок. И тренеры начали маниакальную погоню за медалями. Медаль воспитанника — единственный способ повысить их зарплату. А на сотни тысяч детей, которые на данном этапе медалей завоевать не способны, им стало наплевать. Тренеры концентрируются на штучном материале и готовят только его.

Сегодня в очередной раз президент России говорит: мы хотим сделать нацию здоровой, конкурентоспособной, у нас есть для этого возможности — реализуйте. Если первые лица государства ставят задачу оздоровления, есть внимание и есть средства, то покажите мне механизм реализации. Фактически же спортивных руководителей интересует одно — удачно или нет мы выступили на Олимпиаде? Могли бы мы в Пекине и больше медалей выиграть. Прыгни Лебедева на сантиметр дальше, и пожалуйста. Ну, а дальше что? Считали бы, что все у нас в шоколаде? Цинизм, конечно, но, может, было бы лучше, если бы мы еще хуже на Играх выступили? Тогда бы уж точно задумались, что хватит отталкиваться от умения отдельных личностей готовить отдельных личностей к Олимпиаде и пора фундаментально разобраться с тем, что же у нас лежит в основании пирамиды.

— Из ваших слов следует, что пирамиды давно нет, а есть колосс на глиняных ногах.

— У немцев раньше пирамида была такая: наверху один олимпиец, три спортсмена — в середине и шесть начавших заниматься — в основании. В СССР — 1-27-36, в России сейчас — 1-20-12.

— Почему в середине 20?

— Это те, кто не прошел системы начального образования. Их подтащили. Тренеру неинтересно давать начальное физкультурное образование, а интересно, чтобы ребенок завоевал медаль, поэтому он сразу сажает его в четвертый класс, где он дороже стоит, и форсирует его подготовку. Российских чемпионов и призеров юниорских и молодежных первенств в 3,7 раза подготовлено больше, чем во взрослых чемпионатах. Спортсмены, получается, не "доживают" до 25 лет. Так снизьте зарплату там, где идет форсаж, а в другом месте поднимите.

Считаю, что только глубокий анализ и знание проблемы поможет Мутко сдвинуть дело с мертвой точки, поэтому через неделю-другую постараюсь положить, как говорится, на листок максимум информации. Когда реальные предложения и анализ реальной ситуации и от моих коллег из других видов спорта лягут к нему на стол, потом уже от него и от президента Олимпийского комитета России Леонида Тягачева будет зависеть, будет ли принята глобальная концепция развития спорта в России.

— Если дело сдвинется с мертвой точки, когда ждать результатов? Владимир Бауэр утверждает, что в Пекине Россия в последний раз попала в призовую тройку, а в 2014 году в Сочи хорошо, если от декларированных 14 золотых медалей получит половину.

— В крайность впадать не стоит. У нас есть специалисты и спортсмены, которыми можно "банковать" и сегодня, и завтра. Просто их надо подкрепить тем, о чем сегодня шла речь.

— До Сочи успеем?

— Если управление спортом станет по-настоящему государственным, а не таким, каким оно было до сегодняшнего дня, то успеем.