Карелин Александр Феномен Карелина СпортЭкспресс

 

Несколько лет назад один из известных американских тренеров по плаванию сказал в сердцах про четырехкратного олимпийского чемпиона Александра Попова: «Своим появлением в плавании он убил целое поколение спринтеров». В беседе на ту же тему не менее известный тренер по борьбе сказал про Карелин: «Он убил свою категорию, вырезал ее под корень, психологически сломал не только соперников, но и их тренеров. Вот уже третий олимпийский цикл они молятся только об одном: чтобы после очередных Игр Карелин ушел из борьбы навсегда».

В спортивном досье на Александра Карелин, где подробнейшим образом изложены результаты всех выступлений борца за последние 12 лет, больше всего поражает графа «занятое место». Дело даже не в том, что там присутствует лишь цифра 1. Но и в количестве этих цифр. Одиннадцать европейских чемпионатов, девять - мировых. Три Олимпиады и великое множество прочих турниров с постоянным набором соперников, лишенных на протяжение этих лет всех шансов когда-нибудь стать чемпионами.

НАЧАЛО

Свою карьеру в греко-римской борьбе Александр Карелин начал с поражения. Проиграл знаменитому в СССР в конце 80-х Игорю Растороцкому, с которым встретился в финале чемпионата Союза-87. Дебютанту было 19 лет и он даже не смог сдержать эмоций - заплакал от обиды. Более ранние выступления Карелин вообще не очень любит вспоминать. Поскольку каждый раз сталкивался с унизительной проблемой: ну как, скажите, человеку, не выговаривающему букву «Р» назвать свою фамилию при взвешивании, чтобы ее поняли судьи? А если при этом человек - почти голый и такого впечатляющего размера?

Через много много лет Карелин сказал по этому поводу уже со спокойным, «фирменным» юмором: «Самым большим парадоксом своей карьеры я считаю то, что занимаюсь видом спорта, название которого не могу произнести...».

Свою первую Олимпиаду - в 1988 году в Сеуле - Александр тоже чуть было не проиграл. Это было бы (как ни смешно сейчас об этом вспоминать) политической катастрофой. Накануне Игр главный тренер борцовской сборной Геннадий Сапунов приложил массу усилий для того, чтобы уговорить председателя Спорткомитета Марата Грамова поставить Карелинна знаменосцем советской команды на параде открытия. После долгих возражений Грамов задал традиционный начальственный вопрос: «Вы гарантируете, что он победит?» - «Гарантирую», - не задумываясь ответил тренер. Схватка же Карелина в финале началась с того, что борец прозевал прием болгарина Рангела Геровского, улетев с его броска на три балла. И едва успел отыграть потерянное до финального свистка.

Впрочем, об этом в борьбе не помнит уже почти никто.

САПУНОВ

- Когда в 1987 году Карелино явился в сборной, было сразу понятно, что он пришел надолго. Я еще тогда говорил всем его соперникам: «Посмотрите, как он тренируется! Заменит вас, никто и ахнуть не успеет». Так и получилось. Среди тех, кто борется в тяжелом весе, есть по своему талантливые спортсмены, с хорошими данными, но ни у кого из них нет такой настойчивости. Года три назад серьезным соперником считался Сергей Мурейко, который начинал бороться вместе с Сашей в сборной СССР, потом выступал за Молдавию, сейчас - за Болгарию. Иногда он давал Карелину неплохой бой, но по натуре всегда был немножко разгильдяем. Целеустремленности не хватало. У американца Мэтта Джафари, с которым Карелин боролся в финале Олимпийских игр в Атланте, напротив, с амбициями было все в порядке, как у всех американцев. Но не хватало техники, природных данных. Многим другим борцам - тоже.

Ведь в чем феномен Карелин, помимо его ума и таланта? Он настолько физически развит, что значительно превосходит всех тех, кто с ним борется. И что самое интересное, это превосходство он приобрел еще до того, как попал в сборную. Принято считать, что тяжеловес растет и набирает силу долго, на протяжение всей карьеры. Что его надо тренировать потихоньку, плавно. Карелинже доказал, что все это не так. Что же касается таланта, запаса прочности, то вспомните: даже травмированный, со сломанными ребрами - на одном чемпионате мира и с оторванной грудной мышцей - на другом, он был так же неуязвим для соперников, как в полном здравии.

Неудивительно, что сейчас практически все супертяжи мира сломаны психологически, деморализованы. Ему никто не дает бой, а значит - не изнашивает его психически. Более того, редко у какого специалиста в такой ситуации может возникнуть желание вытренировать человека, способного победить Карелин. Выражаясь тренерским языком, надо чтобы в руках был соответствующий материал. По логике, это должен быть человек, не менее одаренный. Понахальнее, понастырнее. А такие каждый день не рождаются. Поэтому остается просто ждать: когда же наконец Карелин кончит бороться.

КУЗНЕЦОВ

Сейчас это кажется невероятным, но впервые тему своего ухода из спорта Карелин стал обсуждать с тренером еще в Сеуле. «Мы оба, правда, почти сразу сошлись на том, что уходить рано, что история знала немало примеров, когда борцы становились двукратными олимпийскими чемпионами, - вспоминал Виктор Михайлович Кузнецов. - Вот после Барселоны сомнений было уже куда больше. Хотя и в Сеуле и в Барселоне Саша был в такой форме, что его поединки напоминали тренировочные. И заканчивались, как правило, досрочно. Проблемы начались перед Атлантой. Саша женился, естественно, у него стало больше забот.

А хуже всего, что начали появляться мелкие травмы - там растяжение, здесь - надрыв... За год до Игр он оторвал грудную мышцу вообще. Не случись этого, уверен, в Атланте Карелин выглядел бы совсем по-другому. Но в том, что мы все-таки добились своего, заслуга прежде всего Саши. Когда у человека столь тяжелая травма, только он сам может решить, что делать. Когда за два года до Игр он сломал ребро в первой же схватке чемпионата мира, то тоже принимал решение самостоятельно, хотя, скажу вам честно, я даже не допускал мысли, что со сломанным ребром можно бороться. В Атланте ждал чего угодно. До Игр мы успели закачать руку настолько, чтобы Саша ее поднимал. Но были вынуждены отказаться от многих технических приемов. Более того, в некоторых схватках Карелину приходилось бороться не по пять, а по восемь минут, с дополнительным временем - чего до этого он не делал никогда.

А сейчас... Естественно, Карелину хочется выиграть еще раз. Хотя, поверьте, мы никогда не загадывали на четыре года вперед. Я же взял Сашу, когда ему было 13. С тех пор не перестаю удивляться, насколько идеально сочетаются в нем все необходимые борцу качества. Талантливые люди нередко бывают ленивыми, поскольку многое им дается значительно легче, чем остальным. Карелин же феноменально трудолюбив и терпелив. Мечта любого тренера. Какую бы задачу я перед ним не ставил, всегда был уверен, что Саша ее выполнит. Он никогда в жизни не старался победить малой кровью. Никогда не тянул время, как это частенько делают другие. Всегда боролся с полной отдачей до последней секунды. Другое дело, что задуманные приемы не всегда получаются. Но стремиться-то нужно именно к этому.

Год назад, возвращаясь вместе с Кузнецовым из Минска, где трехкратный олимпийский чемпион стал в десятый раз чемпионом Европы, я спросила: «Вы не думаете о том, что чем чаще выступаете, тем больше предоставляете соперникам шансов изучить технику и тактику Карелина до мелочей?».

«Изучить - одно, а победить - совсем другое», - ответил тренер.

ОБРЕЧЕННЫЕ НА ПОРАЖЕНИЕ

На недавнем чемпионате мира в Афинах один из соперников Карелина итальянец Джузеппе Джунта бороться с трехкратным олимпийским чемпионом отказался. До этого борцы встречались всего раз - на апрельском чемпионате Европы. С фирменного карелинского приема -«обратного пояса» - Джунта упал, воткнувшись головой в помост.

«Это - страшный прием, - рассказывал мне там же в Афинах еще один представитель супертяжелой категории, бывший советский борец, а ныне - израильтянин Юрий Евсейчик. - Меня Карелин бросал всего раз но и этого было достаточно, чтобы понять: надо приложить все силы, но не допустить этого вторично».

«Поставить ученику задачу выиграть у Карелина может только тренер-идиот, - говорил в Афинах Сапунов. - В лучшем случае, можно постараться не проиграть вчистую, не позволить Карелину набрать слишком много баллов, не дать положить себя на лопатки. Когда спортсмен, даже проиграв в итоге, эти установки выполняет, он приобретает психологическую уверенность. Если же задача нереальна, это может сломать спортсмена навсегда».

«Вы когда-нибудь дотрагивались до него? - спросил меня борец полутяжелого веса, чемпион мира 1996 года Владимир Попов, с которым я разговорилась о Карелине. - Дотроньтесь. Пощупайте бицепс. Ни у кого из борцов в мире нет таких мягких мышц. Одно время мы вместе выступали, вместе тренировались на сборах. Иногда в шутку Саша начинал со мной бороться. Даже когда он ничего не делает, просто накрывает своим телом, ощущение страшное: его мышцы обволакивают, прижимают к ковру, не дают дышать. Наверное, так же душит свою жертву удав. Это мгновенно деморализует психологически, лишает сил сопротивляться. Хочется только чтобы этот кошмар скорее кончился. Ну а если Карелин бросает... Так что вы напрасно осуждаете Джунту. Хотя конечно же для любого борца не выйти на ковер - позор».

Парадоксально, но сам Карелин, бросив Джунту в Софии, переживал очень сильно. Он искренне не хотел причинить боль молодому итальянцу, сменившему в своей сборной давнего карелинского приятеля Джан-Луку Васуру. И бросая, совсем не думал, что Джунта растеряется настолько, что не сумеет грамотно упасть.

Впрочем, сентиментальности в схватках российскиго борца («Он иногда жалеет соперника») стало куда меньше после Игр в Атланте. Во всяком случае, чемпионат мира-97 и все последующие турниры Александр проводил предельно жестко.

«Понимаете, - объяснил он мне тогда, - в Атланте я постоянно испытывал неловкость от того, что вынужден бороться столь убого. И злость. Потому что многие борцы, которые обычно до схватки подходили ко мне с просьбой не «делать их всухую», на Играх откровенно пользовались моим состоянием после травмы - старались зацепить за больную руку, изподтишка ударить в лицо. И лечился я с мыслью вернуться на ковер таким, каким меня все боялись».

Наблюдая за выступлениями Карелин (и описывая их) с 1992 года, я уловила четкую закономерность: ни разу в жизни до самой последней схватки того или иного чемпионата борец не сказал ни в одном интервью: «Я - сильнее». Если же нечто подобное позволяли себе соперники, комментариев со стороны Карелина не было. Но на ковре следовало ждать неминуемой крови. Так произошло пять лет назад с олимпийским чемпионом 1992 года в категории 100 килограммов кубинцем Эктором Миллианом, приехавшим на чемпионат мира в Прагу лишь с одной целью - побить Карелина.

Схватка была жуткой: после «обратного пояса» в исполнении российского борца, Миллиана унесли с помоста в бессознательном состоянии. Там же в Праге в отличной форме был Мурейко. С ним Александр встречался в финале и, видимо, выходя на ковер уже был в курсе того, что соперник сообщил журналистам о своем намерении биться за золотую медаль. В итоге поединок завершился со счетом 6:0, причем после наиболее отчаянной попытки Мурейко провести прием (он поднял Карелин довольно долго, хоть и безрезультатно удерживал его на весу) российский борец демонстративно улыбнулся и приветственно помахал рукой прямо в телекамеру, стоявшую у помоста.

На чемпионате Европы-98 в Минске - Карелин довольно уважительно боролся с Георгием Солдадзе, но только до тех пор, пока из группы украинских тренеров не раздалось истошное «ред пассив!», подразумевающее, что Карелин уклоняется от борьбы и должен быть наказан судьей. Дальнейшее происходило словно в замедленной съемке. Карелин сделал свой знаменитый захват, затем явственно повернул голову в сторону кричавших и со статридцатикилограммовым Солдадзе в руках стал подниматься с колен на ноги. Зал оцепенело следил за финальным усилием. А еще через секунду соперник, переброшенный Карелиным через голову, с грохотом рухнул на помост.

«Когда я пришел в борьбу, то верил, что рано или поздно смогу стать первым, - сказал мне однажды Мурейко. А в Афинах признался: - Каждый раз, когда я выхожу бороться с Карелиным, психологически заведомо чувствую себя проигравшим. За все время наших поединков он не дал мне ни одного шанса...».

СОПЕРНИКИ И ЖЕРТВЫ

- Знаете, у меня дома есть памятник самому себе, - смеясь, сказал недавно Карелин. - Подарок от Васуры. После того, как он закончил бороться, стал скульптором и однажды прислал мне посылку. Там была забавная композиция: я в угрожающей позе, а передо мной - «жертва».

Когда я поинтересовалась, всегда ли трехкратный олимпийский чемпион так пренебрежительно величает гипотетического соперника, Карелин слегка смутился:

- Нет, конечно. Просто Васура сделал моего скульптурного визави таким крохотным, что было ясно: это - жертва.

Пожалуй, лишь один из множества противников занимал в душе Карелина особенное место. Томас Юханссон.

Швед впервые стал чемпионом мира в 1986 году, когда Карелину только-только исполнилось 19 лет и боролся он исключительно на юниорских первенствах. С 1988 по 1995 год соперники встречались одиннадцать раз: пять - на чемпионатах мира, четыре - на европейских, дважды - на Олимпийских играх. Первая же встреча закончилась для Томаса плачевно: на чемпионате Европы-88 в норвежском Колботе Карелинвсего за три с половиной минуты довел счет до 16:0. Для того, чтобы сокрушить противника в финале Олимпийских игр в Барселоне, Карелину потребовалось всего 1,33. Схватка закончилась ужасающим «обратным поясом», за которым последовало туше. Еще меньше времени - 1,26 -продлился поединок двух гигантов на чемпионате Европы-95 в Безансоне. Впрочем, тогда Юханссон был уже на сходе.

Швед был, пожалуй, единственным, кто никогда не пытался избежать жесткой борьбы. Напротив, шел напролом, словно при каждой новой встрече пытался взять реванш за прежние поражения. Карелин же никогда не делал попыток смягчить натиск - понимал прекрасно, что этим может только унизить достойного партнера в глазах окружающих.

Наверное, никогда не смогу забыть картину: чемпионат Европы в финской Койволе, где Александр не выступал из-за недолеченной травмы руки, нескончаемая толпа болельщиков, прямо на улице стекающаяся к русскому борцу за автографами, и крепкий мужчина с ребенком неподалеку. Потом мужчина, поймав взгляд Карелин, приветственно взмахнул рукой и молча удалился в сторону стадиона. Когда же довольные почитатели наконец рассеялись, Карелин на мгновение прикрыл глаза и с болью в голосе произнес: «Боже мой, разве у меня им следовало брать автографы? Знаете, кто это был? - Юханссон...».

УЙТИ ИЛИ ОСТАТЬСЯ

«Он вполне может выиграть и четвертую, и пятую Олимпиаду, - сказал о Карелине Сапунов. - Если захочет остаться и если хватит здоровья и нервов. Естественно, если Саша по-прежнему будет выступать на каждом чемпионате мира, его организм невольно будет изнашиваться. Вряд ли это нужно. Вспомните Николая Балбошина. Он был великим борцом. Но дважды - на чемпионате мира 1975 года и на Олимпийских играх в Москве не сумел выиграть только потому, что не выдержали мышцы и связки. Один раз мышца оторвалась от бедра, второй раз в совершенно безобидной, не предвещавшей травмы ситуации, лопнул ахилл. Вот это - самое обидное в спорте. Гораздо лучше закончить чуть раньше, чем кажется возможным. В конце концов, карелинский рекорд по количеству выигранных чемпионатов никто уже не побьет. Это не-воз-мож-но. Может быть, даже в ближайшую сотню лет»…