Александр Карелин мне не хватает золотых медалей Новые известия ..

Вчера в Москве в спорткомплексе «Олимпийский» завершился чемпионат мира по греко-римской, женской и вольной борьбе. Одной из самых заметных фигур турнира был трехкратный олимпийский чемпион, а ныне депутат Государственной Думы Александр КАРЕЛИН, который, кажется, не пропустил ни одного соревновательного дня. Правда, в кулуарах шутили, что когда Сан Саныч, как давно зовут Карелина в спортивном мире, вдруг исчезал из поля зрения, «увидеть» его можно было в шкуре талисмана чемпионата – большого белого медведя, время от времени расхаживавшего по залу. Шутки шутками, но четкие и яркие экспресс-комментарии великого борца заметно облегчали работу журналистов ввиду отсутствия на турнире привычных пресс-конференций с непосредственными участниками. Для эксклюзивной беседы с Героем России не было практически никакой возможности, но «Новым Известиям» все-таки повезло.

– Сан Саныч, вы по-прежнему остро воспринимаете все, что происходит на ковре?

– Я не могу быть нейтральным. Принимаю все близко к сердцу, даже слишком. К сожалению… Порой импульсивен, а надо быть поспокойней, наверное, и дать возможность высказаться своим друзьям и товарищам, которые сегодня реально ответственны за это дело. Но я считаю, что все, что связано с борьбой, и меня касается точно так же. Как, впрочем, и любого из тех, кто приходил в эти дни в «Олимпийский» болеть за наших ребят.

– Тогда, как вам кажется, одно «золото» и четыре «бронзы» в вашем виде, греко-римской борьбе – это провал?

– Нет, провалом это не назовешь. Первое командное место, все ребята в десятке, все дали зачет. Как говорят стрелки, кучная получилась стрельба. Конечно, на домашнем чемпионате, где в нашем составе боролись четыре олимпийских чемпиона, хотелось бы видеть хотя бы три золотые медали. И в общем-то были такие амбициозные планы у тренерского штаба. К сожалению, не удалось. Но программу-минимум, обязательную, если можно так сказать, выполнили.

– Не было ощущения, а мнения такие были, что кто-то выходил на ковер без должного настроя, без правильной мотивации?

– Я думаю, чемпионат мира – это немножко не та опера... Нет, на мой взгляд, боролись все с желанием. Здесь совершенно другая история, а именно – огромное напряжение, которое характерно для всех домашних чемпионатов. Вы видели, что творилось на трибунах, когда, например, на финальную схватку выходил Хуштов, – лезгинка, барабаны… Понятно, что от Асланбека ждали только победы, а в таких случаях спортсмену, поверьте, очень сложно мобилизоваться, у него в этот момент совсем другие психоэмоциональные ощущения. Почему получился именно такой результат?.. Детальный разбор будет делать тренерский штаб во главе с Гоги Мурмановичем Когуашвили, я же думаю, что сыграли роль какие-то особенности в подготовке, которые не позволили ребятам продемонстрировать, если можно так выразиться, остроту и тонкость соревновательной формы. Очевидно, что не все были на пике. Хотя общий фон – и «физика», и «функционалка» – были на уровне у всех. А вот остроты, может, даже свежести эмоциональной, на мой взгляд, не хватило.

– В кулуарах довелось услышать и такое мнение: тот же Хуштов не смог переломить ход поединка, потому что ему уже 30 лет, и вообще команда по греко-римской борьбе довольно возрастная. Доля правды в этом есть? Даже Когуашвили не скрывал, что по сравнению с вольным стилем в нашей греко-римской борьбе нет такой острой конкуренции за место в составе…

– Что касается Хуштова, то дело не в возрасте. У Асланбека своя особенность. Ведь он в основной состав попал только в 27 и психологически не был изношен стартами, что для спортсмена в таком возрасте – редкость. И сейчас ему как раз готовности по эмоциям не хватило. Настроиться на два важных старта в году – чемпионаты Европы и мира – крайне сложно. При таких нагрузках ребята слишком напрягаются, и им объективно трудно оставаться свежими. А если говорить о конкуренции, то если я и согласен с Гоги Мурмановичем, то лишь отчасти. Во-первых, если отменить постулат, согласно которому место в основном составе дается по совокупности заслуг, то это очень обострит конкуренцию. У нас сейчас на первенстве мира неплохо выступили юниоры, вот и нужно смелее экспериментировать с составом, удлинять скамейку запасных. Еще вижу проблему в том, что недостаточно турнирного опыта у ребят, нужно давать им возможность соревноваться. Надо, чтобы как минимум четыре номера команды выходили на ковер на представительных турнирах, вырабатывая закалку. Соревновательный опыт, он ведь привносит самое главное – возможность в шоковом режиме справляться со своими эмоциями, уметь психику свою регулировать, это ведь все без особых усилий должно происходить. Но это моя точка зрения. Возможно, я ошибаюсь. Точнее, сказал бы так: не думаю, что ошибаюсь, я убежден в своей правоте, но именно в своей. И говорю все это не для того, чтобы критиковать, а потому, что сижу на трибуне как зритель, смотрю, и мне, если честно, не хватает золотых медалей.

– А если оценить этот чемпионат с прицелом на Олимпийские игры в Лондоне?

– Конечно, еще раз повторю, хотелось бы больше золотых медалей, но мировой чемпионат – это широчайшая конкуренция, это масса очень тонких взаимосвязанных факторов, это и большая политика в том числе. Я вижу главное: ребята сами понимают, что кто-то чего-то недоделал, кто-то совершил промашку… Да, у греко-римлян на самом деле очень возрастная команда, но еще раз подчеркну: у нас есть «скамейка», и надо с этими ребятами смелее экспериментировать. Есть замечательный тренерский штаб. Работу над ошибками провести – и все будет нормально.

– Кстати, правила современной греко-римской борьбы уже традиционно подвергаются критике специалистами, и нынешний чемпионат не стал исключением. Неужели ничего положительного все последние нововведения так и не привнесли в ваш вид спорта?

– Увы. Эти правила выхоластили, обворовали саму идею борьбы, сделав ведущими в ней судей. Хотя нерв борьбы, ее накал, ее красоту и поэтичность должны демонстрировать атлеты на этом красивом разноцветном ковре. В свое время эти правила были приняты с целью уменьшить количество стран-фаворитов и расширить географию на пьедестале за счет других держав. Но сейчас история сама себя пожирает, потому что не только сильные страны зачастую обречены на место статистов, эти правила абсолютно не мотивируют и тех, кто мог бы и хотел формировать, развивать свою школу борьбы. Для того чтобы выйти на ковер, стало достаточно нескольких качеств. Физически крепок, устойчив, хорошо размялся – все. А делать приемы, демонстрировать филигранную технику или фантастические функциональные возможности – это уже дело третье. Даже не второе. Сейчас, к сожалению, можно два раза дернуться в партере и по последнему бездействию выиграть, не сделав ни одного атакующего элемента. В борьбе никогда такого не было.

– С этим можно бороться?

– Мы и боремся. Я не раз по поручению российской федерации борьбы писал все наши предложения, например, и по стимуляции к атакующим действиям, и по критериям оценки, но на фоне широкого обсуждения они, к сожалению, так и не были ратифицированы. Кстати, именно поэтому, организуя детские соревнования, я не провожу чемпионат, где должен быть очень жесткий регламент. Ограничиваюсь турнирами, но зато у нас всегда есть зазор для творчества. У нас, например, не бывает двух третьих мест, потому что я считаю, что это девальвация, обесценивание медали. У нас борются, например, все три дня, парни учатся грамотно распределять силы, к решающей финальной схватке имеют возможность восстановиться. То есть мы пытаемся синтезировать, делать правила более гармоничными.

– Почему в Москве так мало народу было на женской борьбе?

– Она пока не имеет таких традиций, как мужская, и еще не обросла таким количеством болельщиков. Хотя, если бы чемпионат мира проходил в Норвегии или в Японии, там трибуны были бы переполнены.

– Интересно было бы узнать ваше личное отношение к женской борьбе?

– Теперь я уже не противник. Потому что ничего уже невозможно изменить. Женская борьба – олимпийский вид спорта. Мое отношение?.. Сломанные уши, или когда девчонки по примеру некоторых своих коллег-мужчин, вы уж извините, сплевывают на углу мимо специально отведенного ведра – это мне не нравится. Когда же они женственны и элегантны и вносят свое женское слово в борьбу, это интересно. Хотя не всегда то, что происходит на женском ковре, поддается логическому объяснению. Во-первых, и конституция тела совершенно иная, а во-вторых, женский характер являет иногда такое стремление к победе, такую волю к достижению цели, что не грех и мужчинам поучиться.

– Сан Саныч, вы всегда именно об этой составляющей победы говорите с особым чувством…

– Многие из моих коллег, и это не только спорта касается, а вообще наших сограждан, забыли, как мне кажется, о том, что мы имеем огромное, но, может быть, не столь явно видимое преимущество, забыли о том, что мы нация победителей. А ведь соперники, думая о нас, понимают, что этот характер есть, несмотря на все нашу индивидуальность, что мы – наследники тех, кто побеждал не в одной войне, не в одной ситуации, когда все складывалось, казалось бы, категорически против нас. Я просто считаю, что мы не можем от этого преимущества отказываться. Не имеем права.

– Но у нас столько проблем в экономике, в спорте… С чего следует начинать, что решать в первую очередь?

– Нужно понять, что в спорте мы только сами себя можем спасти, никакие схемы, технологии, примеры извне нам не подходят. К сожалению. А еще мы забыли про свое умение напряженно работать, благодаря которому и побеждали. Все просто на самом деле – не бояться честно, напряженно трудиться.